Between Friday and Saturday

Ну, и в чем была логика?..

My mistress' eyes are nothing like the sun;
Coral is far more red than her lips' red;
If snow be white; why then her breasts are dun;
If hairs be wires, black wires grow on her head.
I have seen roses damasked, red and white,
But no such roses see I in her cheeks,
And in some perfumes is there more delight
Than in the breath that from my mistress reeks.
I love to hear her speak, yet well I know
That music hath a far more pleasing sound;
I grant I never saw a goddess go -
My mistress when she walks treads on the ground.
And yet, by heaven, I think my love as rare
As any she belied with false compare.

В следующий раз, когда я скажу, что я самый одинокий и самый грустный человек на свете, просто покажите мне эту картинку. Улыбает и заставляет погрустить о Вселенной, заодно и за Киану Ривза можно слово замолвить.

А теперь по поводу депресулек.

Я даже и не знаю, депрессия ли это, хандра ли. Просто нет настроение. Просто осень. И просто нечего делать. Хотя какая осень? Уже зима. Сегодня на улице было -28 градусов. По дороге из универа домой я успел замерзнуть и очень хотел впасть в спячку. Как же я не хочу завтра ехать на одну ленту физики. Кто бы знал...

Закончился почти ноябрь... а с ним закончились еще три человека. Уже на следующей недели в моем журнале старосты люди сдвинутся вверх, три фамилии покинут белые поля, а вместо Рыцаря первым я буду писать Чешира.

Вторую сессию закрыли не все. Невидимка, Рыцарь и мой брат.

- Как, даже твой брат? Сына, а ты ничего сделать не можешь? В деканат за них сходить, а?
- Понимаешь... декана-то у нас нет. Сделали все, что могли... да, они сами виноваты, но...

- Милый, мне так жаль...

Жаль... ей меня жаль.

Это была глупая затея, на самом деле. Привязываться к людям. Питер показал, как это дорого обходится. Но я не удержался. Сложно жить человеком моего типа. Особенно, когда у тебя так и не сложился круг друзей. Или я неправильно вижу ситуацию, то ли еще что... просто... в книжках моих детских у мальчишек и девчонок младшего школьного возраста (плюс/минус) всегда были друзья. Школьные, соседские, дворовые. Я родился поздно и сверстников у меня во дворе не было. А в школе не задалось у меня общение. Так что к 17, когда я уехал в СПб я уезжал совершенно никем не обремененный. Я по какому-то левому чувству ждал и верил, что я обрету вокруг себя друзей.

Но вначале не повезло с поступлением. Заочка, чертова заочка. Работа. Взрослые люди. Суровая жизнь. Одинокая комнатка. Все мои знакомые имели свой круг. У каждого была своя жизнь, в которую меня нельзя было впускать. Ну, а кто я? Без году неделю знакомы. Некоторые итак сделали для меня очень много. Я не могу никого ни в чем упрекнуть. Просто... я всегда хотел иметь опору под ногами. Друзья, самые настоящие. Мои друзья.

И... я так привязался к мальчишкам. Они стали моей жизнью. Так как другой у меня не было просто. Уже. В отличии от них, меня никто не ждал в другом городе. Мне не к кому было идти после учебы (кроме них). Меня никто никуда не звал. И я только к концу первого курса познакомился с человеком вне группы. Да, и то, наше общение проходит весьма и весьма дискретно. Я не совсем понимаю это... но не факт.

Я понимаю, что Рыцарь и Македонский лентяи. Два лодыря и ... я бы сказал... нам с Чеширом пришлось так сильно их пинать, что к концу месяца этого, мы оба были готовы взорваться. Столько сил вбухали... и все напрасно. Я верил, что хотя бы Рыцарь сможет сдать долги и он останется... но его как раз и отчислили первым.

Вчера математику завалили оставшиеся. Ну... и уже в понедельник уедет брат. Скорей всего тогда же на недели уедет и Рыцарь. И мы останемся с Чеширом вдвоем... два никому ненужных негативных человека, которые несут в окна других свет, за что их выкидывают из окон и выше.

Они говорят, что не забудут меня. Мне так когда-то уже говорили. Мне так часто говорили разнородные люди, какой я офигенный человек, что я мог бы давно упасть и забиться с высоты моего самомнения о себе. Однако где все эти люди? С каждым годом все меньше и меньше людей мне пишут. Практически никто уже из Питера меня не вспоминает. Ребята из АльфардЫ в этом году промолчали все дружно. Ну, понятное дело, что кто я для них, чтоб они мне писали?.. у всех своя жизнь... они ж не виноваты, что я к своим 21 не обзавелся жизнью. Так еще и в меня не верит человек, которого я любил больше всего на свете. Смеется она надо мной. Смеется... А у меня сердце проваливается и в кишках запутывается. А мне холодно. Будто в лед ада вмерз.

Я очень бы хотел собрать всех тех оставшихся, разбросанных по всей РФке людей, которые еще верят в меня, которые хотят меня видеть и слышать... очень бы хотел. Но с каждым днем я все меньше и меньше верю, что меня это спасет.

Нельзя привязываться к людям. Когда ты их приручишь, первым делом, они от тебя уйдут. И не вернутся.

- Ты... сволочь... обещай мне дать свой адрес! Я буду писать тебе. Слышишь, от руки я буду писать!
- Но, это ж устаревшая форма! Проще по интернету.

- Я не буду писать тебе туда. Больше никогда, слышишь! Я буду писать тебе письма. По 8 листов в письме. Буду тебе всякие мелочи присылать. Поздравлять с праздниками. А если тебя загребут в армию, то я буду писать тебе в часть. Ты понял меня?

- Понял, конечно же. Спасибо тебе...

Я достаю из шкафа конверты, что я готовил для Листопада, Паникерши, Солнца, Тим Минчина, Девочки Времени... они так мне и не ответили... никто...

- Почему ты так не веришь им, что они останутся твоими друзьями? Может быть они даже восстановятся и в следующем году будут учиться здесь же. Просто на год младше. Ты же знаешь, Сну, ты ж тоже учишься второй раз. Не надо грустить, они будут тебя помнить! Всегда!

- Мне такое когда-то давно говорили....

- Кто?

- Люди из прошлой жизни. Они сказали это... закрыли крышку и похоронили меня... тогда я и не знал, что такое смерть...

Нельзя привязываться к людям... нужно учиться. Нужно, мать его, столько сделать, а я становлюсь день ото дня тупее... боже. Нельзя привязываться к людям. Нельзя.

- Обещай мне...

- Что?

- Никогда не забывай меня. Вот что бы не случилось. Помни обо мне.

- ... ты тоже обещай мне кое-что.

- Я тоже не забуду тебя!

- Нет. Не грусти. Все будет хорошо.

Это не конец.

...

Все-таки стул разлетелся. Теперь и я не совсем уверен, смогу ли я закончить учебу.

В голове стало еще хуже... еще хуже.

Депресульки продолжаются. Поэтому бро пишет каждый день. И мы пьем вместе чай... я черный, он зеленый. И какая разница, что живет он в Абакане?

Я, честно, больше всего не люблю на неделе четверг. Это выходной день у нас... и вот я в четверг ничего не могу делать. Не получается. Просыпаюсь поздно, ленюсь большую часть времени. А когда подходит время действовать, возникают непредвиденные планы. Вчера у меня была очень четкая картинка того, что я буду делать. Но вечером позвонила мама... и мы идем в театр!

Тут главное сделать вид, что ты по-о-о-о-омнил про этот театр.

В детстве мне очень нравился балет, я помню. Особенно музыка. Я редко куда ходил, может по этой причине я и не стал театраломаном. Ну... я могу сходить, мне даже может понравится что-то. Я люблю эту культуру. Но я не могу сказать, что я фанат. Любитель с натяжкой.

Поэтому мамина мания скупить билеты в театр и огалачивать их - мне не нравится. Я хотел бы сходить на Игрока Достоевского. Но его уже не показывают. Одни комедии идут.

Поэтому я был уверен, что иду на какую-то очередную матерную комедию (что-то зачистили маты у нас в театре), а оказалось нет.

Хотя в зале и поднимался периодически хохот. Мы ехали с мамой отдельно. Поэтому она сидела в партере, а так как она пнула своего хохолка, чтоб он меня довез (зачем тебе, сына, в автобусе ехать?), я опоздал и стоял на балконе. 2 часа... и долгое время мое сердце ныло о Рыцаре и о Брате моем. А потом я понял, что я просматриваю что-то очень интересное, но поставленное так постмодерно, что я начинаю терять суть.

Я приехал домой и врубил фильм: "С любимыми не расставайтесь". 1979 года фильм. И вот он меня сейчас так сильно тронул, что... мне как-то не по себе. Это своего рода... когда у тебя царапина, а ты ее расковыряешь до серьезной раны.

Фильм повествует о жизни двух молодых людей, парня и девушки, которые разводятся. Причем оба друг друга любят, но по своей глупости, по воле чувств своих, они расстаются. Ибо гордость, все дела... вначале показывают бракоразводные процессы других семей. Одних бьют. Мужья пьют. Кто-то встречает старую любовь. А у кого-то мама... и вот эти двое так сильно заигрываться начинают в свою игру, что героиня попадает в конечном счете в больницу... и там они уже и встречаются вновь...

Я не умею писать про фильмы...

Скажу одно, катастрофически грустно. Обнимаю пустоту вокруг себя... и ору на нее, чтоб она материализовалась в кого-нибудь, кого можно любить и кого никогда не придется оставлять одного...

Тишина угнетает, что аж зубы сводит.

Какие мы все-таки дураки.

Мне нравятся слова: табу, Харбин, альков. Куча разных слов, которые не употребишь в повседневной жизни. Слова, услышав которые, пойманный врасплох взгляд начинает судорожно искать вокруг. Забавно следить, за этими глазами, которые помещают альковы на потолок, чресла на стул, когерентность в мою сумку.

Слова вообще штука забавная.

Особенно в этом месяце. Ноябрь для меня последний месяц года, так уж вышло. И на нем сейчас закончится какая-то внеочередная глава моей жизни. Что ж... уже интересно, что будет дальше... но я не могу отделаться от некоторых слов, а даже от их последствий, которые стряслись со мной в этом году.

Я никогда бы не подумал, что слово "надеюсь" будет вызывать желчь внутри. Я чувствовал, как это слово падает и разносит в клочья хрупкое стекло меня. Это "надеюсь" звучит, как усмешка. Как брошенная золотая монетка, проваливающаяся в канализацию. Как фраза, брошенная уходя, наотмашь, без расчета на ответные чувства. "Надеюсь" равносильно сто процентной неуверенности, тотальному безверью, что маскируют под мягкое одеяло. Тебя накрывают им. И тебя знобит.

Я никогда бы не подумал, что слово "умный" будет оскорбительным. Умный - это слово впивается острым клинком в грудь. Его сложно вытащить. Поэтому некто, видимо тот, кто загоняет этот кинжал, вращает его вдоль оси, создавая дополнительные болевые зоны. Это слово произносят так, будто ум уже не в тренде. В это слово вливают три литра серной кислоты. И распыляют на любимые цветы.

Я никогда бы не подумал, что слово "люблю" бывает таким пустым. В нем так мало смысла. В нем так мало души. Оно стало автоматическим подтверждением, что "да-да, я слышу тебя". Люблю. Оно влетает и вылетает за одну пикосекунду. Оно слово медиатор, что не попадает по струнам. Оно как севшая на плечо пылинка. Оно ничто.

Я никогда бы не поверил, что слово "квант" может быть интересным. А еще и многозначным...

Слова - странная штука. И я их люблю за это.

Хотя практически перестал уметь жонглировать ими.

Но как сегодня принято говорить в ФЭ13-08 - сам виноват.

Может уехать в Харбин, если мне так нравится его звучание? Как карабин... почему я его ищу на медведях?

Меня сегодня упрекнули, что я лодырь...

Однако, скажу я вам, отвязавшись от своих родственников, я-таки сделала половину лабы по моделированию, сделал одну практику по дискретке, 2,5 задания из типовика и рассчитал 3 балки по сопромату, не заморачиваясь на подбор габаритов.

Теперь Добби может быть свободен. Я могу еще часов почитать...

Ааа...

Я сменю тысячу и одну блогов, но эта песня будет со мной вечно. Я хочу, чтоб это было последнее, что я услышу в этом мире. И да... пусть она будет и здесь. Пусть она будет всегда со мной.

Последние книги в этом году. Я все же не смог осилить книги Пратчетта. Три фэнтези подряд для меня - слишком сильно. Прихожу к выводу, что да, тетя права. Мой складу ума аналитический, а не образный. Мне проще рассуждать и думать, нежели воображать. Устаю от этого. Рациональность!!!

Но все же, надеюсь, что будет время и я почитаю. Может поеду после сессии с мамой на море. И постараюсь забыться тотально. Буду читать. И ни о чем не думать... постараюсь даже маму любить это время... ведь она этого достойна. Чтоб я не говорил.

На счет Джойса... его я читать не готов что-то... хотя начало положено. Я обежал Орлу это. Хотя он сказал, что это необязательно вообще...

А Мильтона и Ремарка я прочитаю. Может получится все-таки начать "Назову себя Гантенбайн" (?)... "Синяя борода мне понравилась". Первое я так и не понял... 20 страниц всего прочитал.

Что-то холодно.

Цикл... цикл... цикл...

Если моя жизнь цикл, то... стало быть... в декабре. Да, в декабре должна случиться очередная ересь, типа "ты, сынок, дебил, а давай ты уедешь на Марс и будешь добывать там редкие породы железа мне на вставную челюсть, а?". Просто в конце 12 года мать мою склинило. Вдруг и в этот раз будет так? Или же ждать следующего года? Ну. это будет уже слишком экстремально. Я как всегда не помню, что чувствовал тогда. Я так хотел забыть, что начинаю забывать реально все, что было "до". При этом мне говорят, что до конца я старый не умер. И все можно воскресить. Как я помню, это заканчивается слишком плохо. Плохо... я думал, что интуиция живет в животе. Поэтому искал все ответы и прогнозы внизу. Хотя моя интуиция все же в голове. И она говорит только тогда, когда ей вздумается. Просто так... чтобы поставить свое внушительное ですよ。На заказ она не работает и шлет меня лесом. А внизу живет страх. Вот и сейчас я не знаю, у меня предчувствие плохое? Или мне просто по-человечески страшно?

Я отбрехался от матери до 6 декабря. У меня есть какие-то шансы ближайшие выходные подышать. Но есть все шанс задохнуться. Я терпеть не могу подбирать слова. Слова в своем личном пространстве. Слова, которые терзают меня до глубины души. Слова, которые мне приходится говорить, чтоб никого не задеть. Ибо я слишком не хочу обижать людей. А в конечном счете все выходит так, что я являюсь главным создателем, идейным вдохновителем, сценаристом и режиссером всего этого действия! Наша семья разрушилась... семья? Минуточку-минуточку. Этот термин был дан не мной. Да, я давал всем в группе имя. Да, я придумывал какие-то жалкие подобия традиций и поводов быть вместе, потому что в первую очередь я, эгоистичная скотина, очень нуждался в людях рядом!.. но я никого кроме моего брата в семью не приглашал. И я никого не звал в себя. Никого. Я был вначале слишком поражен несоответствию того, с чем я раньше имел дело и что мне дано. Да, я не скрою. Я до сих пор не нахожу себе место. Я уже писал ранее, я автор. Я не персонаж на этой по крайней мере мини-сценке. Хотя я и имею в отличии от автора какие-то чувства, эмоции и действия. Но при этом еще я и повествую. Такие дела.

Не скрою. Мне явно было бы лучше в своей голове. Но это не вариант. Это все междометия и громкие слова. Я не смогу уйти в себя, даже если очень захочу. Я просто уже не помню, как это. Вот метаться в себе, это я могу. И жить напрасными мечтами и надеждами - это все ко мне, обращайтесь.

Но до сего момента у меня было представление о реальности. Что есть мир, в котором я живу и есть люди, которые меня в нем держат. Однако с сего момента ... я уже ни в чем не уверен. Какой бы я эмоциональный не был... я все же очень люблю людей рядом. Хотя они не мои (и жизнь эта чужая... да-да-да). Я им что-то напридумывал, поверил в это... и как-то живу с этим (весьма неплохо, хочу сказать). Но тут есть нюанс. Сейчас все это разлетиться к чертовой бабушке!

Не хочу как всегда никого обидеть. Если обидел... ну, что ж... вы тоже меня все выбесили, пацаны...

Но... я не буду писать про Ванильку...я его вообще за друга никогда не считал. Но после множеств ратаций, вас всегда было трое: Чешир, Рыцарь и Македонский. Македонский - мой брат, мое солнце, самое непонятное существо на планете, к коему питаю очень теплые и нелогичные чувства. Рыцарь - это друг, которого я ждал в детстве, с которым хотелось вырасти и навсегда остаться на ты. Чешир - это просто нереально похожий человек в мыслях, суждениях, образах и ощущениях со мной, чьи категории и понятия взяты из одной со мной жизни. Короче, мы два изотопа. Мы вчетвером являлись ножками для стула. Скажем так. Я поверил в идею семьи (хотя, семья Менсона провалилась, хочу вам сказать...). Не знаю про брата, но Рыцарь тоже в это дело поверил... но в семье ж бывают трудности. Как в моей настоящей. Мама живет отдельно, отец - алкоголик, бабушку донимают другие бабушка и дедушка. Мы все какие-то агрессивные, на самом деле. Но... мы семья. И мы друг друга можем понять и простить. Вот бабушка... сколько лет отец пьет... сколько лет он ворует у нее деньги. Вот сколько лет идет этот беспредел? Но она ж его не кидает. Она все равно... беспокоится о нем...

А вот в семье...

Стул не может стоять на трех ножках. Ну, ладно... шатается, но может. На двух уже нет. Не знаю, как брат и как Рыцарь, но наши с Чеширом ощущения таковы, что он перестал чувствовать Рыцаря, а я своего брата. Вот даже вижу этого мальчиша-кибальчиша, но не чувствую я в нем... как бы сказать... связи не чувствую. Да. точно, он далеко. Ушел. А от Чешира ушел Рыцарь. И вот наш стул шатается. И мы, четыре идиота, вместо того, чтоб собраться вместе и стать вновь крепче и сильнее... мы начинаем долмывать стул. Я сам хорош. Надо было не ныть всю осень с листвой, надо было собрать этих олухов и все обсудить. Но то один в Аче, то другой спит, а третий не видит смысла. Я начал сегодня... ибо Рыцарь-таки дошел до Чешира...

В уши мне бьет секундная стрелка на кварцевых часах. Я ненавижу часы. Но теперь я их ношу. И чувствую, как защелка тянет больно мои волосы. Я чувствую себя одним в этом мире. По моим ощущениям стул с четырьмя ножками взорвался. И все они разлетелись в разные стороны. На меня давит упавшее сидение. Неважно.

Один упрекнул меня в том, что порчу все я, что я всем сливаю всех, что я источник зла.

Другой сказал, что я просто ничего не понимаю. И вообще, я должен давать больше отдачи, нежели я делаю это сейчас.

Брат молчит.

Как и два года назад... просто не знаешь, к кому бежать... двадцать один год. А я так до сих пор и один. До школы был один. В школе один. С первого университета никого не осталось. Сейчас и в этом потеряю всех... кричать некуда. Только в пустоту?..

В комнате нависла тишина. Секундная стрелка остановилась.

Завтра закажу бабушке очки.

Она... совсем перестала видеть на правый глаз...

Или на левый...