Between Friday and Saturday

Я ей написал.

Я тянул столько, сколько позволял день, пятое ноября. Пятое число. Столько осколков хранится в нем. Я даже в один момент забыл, что сегодня, ну, то есть тогда..., исполнилось 22 года моей Леточке. Моей. Ха, какая наивность, трепетность и ложь. Моя. Никогда не была моей, не будет и даже мысли такой она не допускает в свою голову. Гордая. Сильная. И такая жестокая Лето. Я не могу ее за это винить. Она сама была очень терпелива ко мне. Да, в отличии от меня она знает чувство дистанции. А я нет. Поэтому ей никогда не бывает больно, а я страдаю. И да, я ей написал.

Уже второй год подряд наше общение концентрируется в двух ноябрьских днях, когда мы пытаемся или действительно испытываем радость. Мне иногда кажется, что стоит мне раз не написать ей в ее день рождения, как она забьет и не напишет мне. Я ставлю ее в неловкое положение... но это единственный день, когда она сама может мне написать. Когда она пишет столько всего хорошего, по своему счету не так уж и изыскано и элегантно, что я готов реветь как девчонка. Когда мне пишет Лето. Мир замирает. Останавливается... ведь...

Но не в этот раз.

Не в этот... символично: я написал в этот день стихотворение. В первый раз за... за два года. Бог ты мой. Муза нашла меня. И опустошила. Как любой Бодлер и Верлен, я не был счастлив этим словам, что вылетали из моего мозга, создавали бессмысленно абстрактное полотно, которое описывает лишь состояние, не несет смысловой нагрузки. Да и звуковую дорожку ты не проложишь тут. Я был так опустошен. Донельзя просто. Пожалуй, мне хотелось спать в этот момент... жестокая штука жизнь, вот заикнулся, что хочу не помнить прошлого, так реально начинаю забывать те чувства и мысли, что были со мной в поперечном дне, если я их не запишу куда-нибудь. Вообщем. Мне очень хотелось спать, но разговор с Николаем о депрессии навел меня опять-таки на Лесю. Ну, и на Домового. Странный он тип, однако.

Думаю, в этот раз я ничего не вкладывал в слова. Я их просто достал и собрал, как мне показалось уместно. Без особой вдумчивости. Без особого умысла. Просто писал Домовому слова. Мало чего пожелал. По большей части... я ему втюхивал слово "неважно". Я знаю даже, почему я ему это писал, но думаю... это ничего не изменит уже. И фотку Йозефа он мне не скинет, поршивец.

Но не суть. Пришлось писать Лесе, а вот тут ... не хотелось. Ибо не было уже чувства, что хотелось бы ей передать. Было некое оцепенение от... от того развенчанного идеала, что я когда-то себе построил. Я еще трепетал перед ней. Думал, что она поймет... нет, не поняла. Я соврал ей. Желая ей чего-то. На самом деле, я просто написал слова. А она уж что хочет, пускай, то и думает.

Это уже неважно. Не совру. Когда ты приехала в Крск... я как собачонка сидел в интернете, ожидая письма от тебя. Что ты хочешь меня увидеть. Я видел на твоей страничке, как ты с друзьями гуляешь по набережной, проходишь мимо моего дома. Шествуешь по проспекту Мира... ты мне не написала. Может я должен был?.. только вот зачем? Раз это потеряло свою значимость очень-очень много дней и ночей назад. Я сам виноват. Наверное... а может и нет. Вдруг так и должно было быть? Помнишь, я говорил тебе! Что ты должна была поехать в Питер, чтоб я тоже смог вырваться из болота. Ибо один я бы никогда бы не уехал... отсюда... а может... это я нужен был тебе?..

Звонилочкин писал недавно... скоро он, Медведь и я будем по-жестокому глотать колеса любви. В тотальном одиночестве. Если бы я курил, то я бы выкурил всю пачку за пару минут, пока читал твои 3 предложения, что ты написала мне в первый раз за месяц... ты так и не ответила в октябре, что я делал в твоем сне. Я знаю, что в понедельник будет твое поздравление. Возможно, ты кинешь его на стену.

Как же больно любить девушку... особенно тогда, когда ты ей не нужен. Как правильно использовать парня лоха?.. напиши об этом книжку. Я почитаю. Найду себя. И ничего тебе не скажу. Ведь я тебя люблю всем сердцем... не моя Лето.

*Пошел решать задачи по физике...*

Мне строго противопоказано видеть Лето. Как только я вижу ее глазные орехи, мне сразу же становится плохо. Тошно. Противно. И я хочу как дурак биться головой о стены. Сжигать себя заживо. Выдирать из книг страницы, резать бумагу ножницами и собирать в обрывках этих испорченных томов слова, которыми можно было заполнить лирическую нишу моей души. Ее гением. Мне достаточно просто увидеть, как она улыбается, представить, как ей сейчас хорошо в городе моей мечты, среди сырого неба, в атмосфере вечного творчества... рядом с метро... рядом с бушующей жизнью... как я представлю, что у нее есть жизнь... так я явно вижу, как ее нет у меня.

Иногда у меня возникает ощущение, что я в ссылке. И нужно подождать 25 лет, пока меня не амнистирует новый гос.деп. Ха, а звезда моя пленительного счастья не пошла за мной. Бросила меня тут... и писем не пишет... полковнику...

Я опять думаю, что живу неправильно. По-китайски, по-птичьи. Это неважно. Но знаю одно, живу я с кривой прошивкой. Программа не выполняет функции, что были в ней прописаны. Все стопорится. Нет развития. Есть какой-то путь в плоскости... и какая-то... унылая... скучная... безрадостная... экзальтация.

Дыра внутри так и не заросла. Та куча мелких осколочков, что приходится подбирать на новом пути, ужасно мала в размерах. Проваливается быстро. Не может устоять на месте. Так еще и не растет. Приходится насильно втягивать людей в свою жизнь. Впрыскивать в них сыворотку, раздувать в них какие-то надежды и веры. А в итоге обнаруживать полые стекла, которые рассыпаются от одного дуновения ветерка. Я замечаю, как мне противно слышать себя порой, когда я пытаюсь заводить контакты с людьми, которые мне противны. Я знакомлюсь с людьми даже в автобусах, если они проявляют ко мне интерес. И в итоге я чувствую, как меня с них воротит... а они мне говорят, что я крайне интересный человек в общении. Мне ужасно неловко в этой тарелке...

Учеба захлестнула меня. И как сказала Катя "Молодой и хороший мой, а когда ты для себя-то собираешься пожить? Скоро уже начнешь седеть, а до сих пор на уме у тебя одни лишь ТОЭ, да сопроматы". Хочется свои кости закинуть куда-нибудь... но... не вижу места, где я бы был нужен. Вспоминая свой горький опыт с радио СФУ, я смутно хочу заниматься и СФУшной газетой. Писать про университет... меня никогда не прикалывало. Да, и формат газеты далек от того, что я хотел бы сделать. Но когда ты даешь свои идеи, то их встречают весьма критично. Мол... это сделано уже для кого-то... ты исполнитель, аллё! А все эти новости о конкурсах, грантах, олимпиадах, проектах приходят так поздно, что мне остается развести руками. Я просто: а) не понимаю свою специальность, чтоб по ней что-то делать (техника то есть), б) я совсем не знаю, что можно литературного сделать для этой нерезиновой, чтоб... попасть куда-то..?

Я боюсь, что моя мечта о Японии так и останется мечтой... долбанный трус!

И да, о творчестве... я недавно вновь задумался написать кое-что. Я как всегда увидел сюжет и героев во сне. Я развивал все это дело недели 3. Я горел этой мыслью, когда внутр щелкнуло, что пора.... по крайней мере, я всегда работал так... 2 года назад... я был полон сил. У меня было время... у меня ж время валом, на самом деле. Просто я не знаю, чем его можно занимать еще... сел. Открыл word. И тут я понимаю... что я не могу писать. Любая фраза вызывала внутри меня какой-то бешеный хохот, который заставлял стирать все. Я так и не написал АБЗАЦА, как уже убедил себя, что это дерьмо. И что идея тупикова. Это неинтересно. Ненужно. Я смачно врезал себе. И закрыл ноут. Я разучился в прошлом году писать стихи... а теперь и проза не идет ко мне в руки. Мне становится все тяжелее поздравлять людей с днями их рождения. Хотя... я даже и не хочу этого более... что дальше? Я перестану писать просто? Сочинять? Мечтать? Фантазировать?

Я задолбался тянуть своих однокурсников. Переживать за них. Слушать, какой я мудак. Мне неудобно перед Чеширом. Он делает то, что должен делать я, как самостоятельный и живой человек. Но я не могу... и он делает мою работу... меня окружают не те люди. Мне с ними очень неуютно. Они чужие. И говорят на других языках. Я не знаю, что от них ждать теперь. И я не знаю... нужны ли они мне? А кто нужен?.. а нужны ли мне люди? может все дело во мне?.. ну?..

Что искать? Меня и так уже напрягает, что я еждевенец какой-то! Степуха в 2 тысячи при курсах японского в 6 тысяч, это как-то не ахти. И при этом я слышу, как мать в мои годы работала уже зам.директором в какой-то компании и имела вещи и продукты, что было не достать в совке. Тетя в мои годы проектировала Надежду в Норильске. Бабушки впахивали в поте лица... а я? А я что делаю? Веду аскетичный образ жизни, ненавижу людей, не приношу никакой пользы и вечно жалуюсь!

Я не могу смотреть на Лето... я знаю, что ей тяжелее чем мне физически. Но у нее свободна душа. А я скоро... даже не хочу думать, что со мной может случится. К чему я должен идти, Боже? Уничтожь мое прошлое. Или дай мне огненный меч, чтоб я навсегда отсек то, что было за моей спиной... мое прошлое ужасно... исчезни!!!

Мой Фюррер, где же знак?